Автор
Тема: О лекаре Доброславе.  (Прочитано 881 раз)

0 Пользователей и 1 Гость просматривают эту тему.

Оффлайн ВалерийTopic starter

  • МаЭД
  • *****
  • Спасибо
  • -Сказали Вы: 243
  • -Сказали Вам: 25
  • Сообщений: 268
  • Country: ua
    • Просмотр профиля
О лекаре Доброславе.
« : 14 Октября 2012, 18:43:55 »
                                   О лекаре Доброславе.

Давным-давно в маленьком городе жил молодой лекарь по имени Доброслав. Друзья и родные звали его просто – Добрыня. Чистая душа была у Добрыни, всем сердцем тянулся он к людям. Совсем недавно закончил он обучение у старо-го лекаря, жившего по соседству, и теперь делал первые самостоятельные шаги в борьбе за здоровье и жизни своих сограждан.
Одним из близких друзей начинающего лекаря был купец Радогор, про-мышлявший продажей изделий местных мастеров в стольном граде. Помог ему однажды Добрыня при сильном отравлении, с тех пор и началась их дружба. Куп-цы тогда у народа в почёте были; знали люди, что нелегко им хлеб достаётся. Время было смутное, и не ведал, бывало, купец, в путь пускаясь, вернётся ли невредимым да удастся ли товары сберечь. А потому нередко брали с собою купцы ратных людей для защиты от нечисти дорожной, да и сами далеко не робкого де-сятка были.
И вот, засобирался однажды Радогор в путь-дорогу. Перед отъездом зашёл к Добрыне.
– Хочу добром отплатить тебе за моё спасение. Что привезти тебе из стольного града? Чего хошь проси – всё сделаю, всё достану.
– Да будет тебе, право, – начал отнекиваться Добрыня, но, видя непреклонность купца, уступил.  Слыхивал я, живут в столице хорошие богомазы. Привези, пожалуй, новую икону для нашей церкви  вот ужо народ тебе спасибо скажет!
– Не сомневайся, друже! – вскричал Радогор. – Слово  даю купеческое: будет в нашей церкви новая икона!
Долго ли, коротко – пролетело времечко, подходит срок Радогору возвращаться. Ждёт Добрыня своего друга и всё гадает: какую же икону он привезёт? Да только не суждено было сбыться его ожиданиям.
– Ты уж меня прости,  глядя в пол, говорил Радогор по возвращении.  Больно уж выгодный товар попался. Ну да что с того  никуда не денется твоя икона, как-нибудь в другой раз привезу. Я же не отказываюсь, просто  в другой раз!
– Но ты же сам предложил, Радогор,  Добрыня был обескуражен.  Неужели жажда наживы затмила в тебе чувство благодарности? А как же слово твоё че-стное, купеческое? Как ты людям будешь в глаза смотреть? Ты же честное слово дал!
Потемнело от гнева лицо Радогора. Какое-то время он молчал, и было видно, какая мучительная борьба происходит в его сердце. Видно, хотел он что-то сказать, да только не было у него слов оправдания. Наконец, он встал и, глядя невидящим взглядом куда-то сквозь своего друга, молча вышел из горницы.
С тех пор торговать Радогор перестал. Видно, посчитал он себя недостойным звания купеческого, единожды слово своё честное нарушив. Избегал он и встреч с Добрыней, который страдал от этого не меньше самого Радогора. «Но что я ему сказал? – думал Добрыня.  только правду; ту самую правду, которую он сам себе сказать не решался. И я же видел, как мучительна для него была эта ложь самому себе, когда поддался он коварному искушению! Не понял он, что не я, а совесть его сказала ему всё моими устами. Да, видно, не те слова я нашёл, раз обидел человека. Прости, меня, Радогор, прости, друже!»
… Скоро сказка сказывается, ещё скорее летит быстрокрылое время. Вот уже не юноша наш Добрыня, но зрелый муж в самом расцвете сил. Многим людям помог он за эти годы, многих от лютой смерти спас. И вот, однажды у Князя, повелителя того города, где жил наш герой, внезапно скончался придворный лекарь. Повелел Князь прийти ко двору его всем, кто хоть мало  мальски смыслит в лекарском деле. Не хотел идти Добрыня – не было у него сомнений, что выберет Князь его друга Светозара, равного коему в искусстве врачевания не было во всей округе,  да не посмел он приказа ослушаться. Однако, выбор Князя пал именно на Добрыню. Князь не любил много говорить.
– Бери свои вещи, инструменты, лекарства, и – завтра жду тебя в моём тереме!
Одного взгляда Светозара Добрыне было достаточно. Как огнём опалил его этот взгляд, в котором смешались и горечь, и обида, и непонимание, и упрёк, и боль – неимоверная боль отвергнутого мастера. Решение созрело мгновенно.
– Не вели казнить, Княже, – с поклоном молвил Добрыня, – но  вот – друг мой Светозар. Он умнее и опытнее меня. Прости, но он больше достоин высокой чести служить тебе.
Глаза Князя грозно сверкнули.
– Как вы смеете торговаться со мною?! Я – Князь, и в этом городе я один вправе судить – кто лучше, а кто хуже!
– Не гневайся, Княже, – взгляд Добрыни затвердел, как остывающий клинок. – Мы со Светозаром вместе постигали лекарское искусство, но с тех пор во многом он идёт впереди меня. А судить человека ни одному смертному не дозволено, на то есть Бог и Суд Высший.
Не сразу справился Князь с приступом ярости, охватившим его душу.
– Вон отсюда, оба! Эй, стража! Всыпать обоим по двадцать плетей и гнать из города, чтоб духу их не было!
Ещё какое-то время смотрел Добрыня в побелевшие от бешенства глаза, прочитав в них среди прочего, что именно отказ Князя от хорошего лекаря окажется для него роковым в недалёком будущем. Подавил Добрыня горький вздох, рвущийся из самой глубины сердца – изменить что-то он уже был не в силах…
Когда Светозар очнулся от беспамятства, Добрыня прикладывал целебные листья к его израненному телу. Деревья и травы тихо склонялись над ними, словно желая успокоить боль, терзавшую их тела и души. Увидев над собою посерев-шее лицо Добрыни, Светозар дёрнулся, словно над ним склонилась змея.
– Оставь меня, – прохрипел он. – Ты не человек, ты – сущий дьявол, если даже забота твоя приносит только боль и страдания. Уходи, не друг ты мне боле!
Ничего не сказал в ответ Добрыня. Да и что он мог ответить? Рассказать, как тащил бесчувственное тело до лесной опушки, опираясь только на силу своего духа? Как, забыв о себе, промывал и обрабатывал раны друга?
– Бог с тобою, Светозар. Живи как знаешь; может статься, без меня обре-тёшь ты своё счастье?
Оставил Добрыня Светозара и пошёл куда глаза глядят, разрываясь между желанием помочь другу и опасением принести ему ещё большие страдания. Шёл он и думал: «Что же за судьба у меня такая? Я ведь так люблю людей – жизнь свою готов отдать за любого. Но как бы я ни старался, любовь моя приносит лю-дям одни несчастья. Как началось тогда с Радогором, так и пошло-поехало. А может быть, действительно, в том и состоит удел, данный мне Богом,  вскрывать острым ножом моей любви те отравленные нарывы, что зреют в душах людских? Может, потому и доверил мне Господь инструмент сей, что могу я ответ держать за его применение? Так пусть же не затупится клинок, и не дрогнет рука любя-щая, направляя его против зла и порока, скрывающихся так глубоко, что сами люди не могут их распознать!»
И шёл так Добрыня по земле, встречался с людьми, и так велико было во-круг него напряжение чего-то невидимого и непонятного, что лопалась, как орех, та зыбкая оболочка, которой окружал себя человек, стараясь скрыть свои пороки и недостатки – скрыть, прежде всего, от самого себя. И, сбросив многолетние оковы, вставало во весь рост это внутреннее «я» человека, освобождённое, вели-чественное в своей жестокости. И в ужас приходил человек, оставаясь наедине с собою – с таким, каким он себя не только не знал, но даже и вообразить не мог. И принимал Добрыня в своё могучее сердце неистовые удары этих жалких челове-ческих оболочек, не выдержавших напряжения битвы с собственной совестью; и сжигал он в пламени своей великой любви эти ветхие остатки. И крепла день ото дня и год от года внутренняя сила богатыря, поражая драконов человеческой гор-дыни, зависти, жадности и невежества.

27 апреля 2000 г.

 

а ­е¦Є.НҐй«